всё о финансовом анализе
+7(902) 408-47-00
+7(495) 015-03-24
Скачать ФинЭкАнализ
Программа для проведения финансового анализа по данным бухгалтеской отчетности Скачать ФинЭкАнализ

Оценка финансовых результатов: реверсивный и статистический подходы

Е.И. БАЛАШОВА,
кандидат экономических наук, доцент, заведующая кафедрой финансов, учета и налогообложения Королёвского института экономики, управления и социологи г. Королёв, Московской обл.

Противоречивые процессы, происходящие в условиях кардинальных преобразований прежней институциональной основы экономики России, породили широкий спектр крайне разнообразных и нередко противоречивых оценок современной социально-экономической ситуации — от казенно-оптимистической (преимущественно со стороны заинтересованных ведомств) до весьма пессимистической (со стороны радикально мыслящих ученых, специалистов и политиков). Представляется, что нужно постепенно формировать действительно объективную, взвешенную точку зрения на происходящее, избегая каких-либо крайностей.

При изучении процессов развития системы розничной торговли, финансовых затрат и результатов ее функционирования следует иметь в виду большие сложности и препятствия в проведении анализа. Основные трудности финансового анализа в этой сфере видятся автором в недостаточной полноте, точности и, главное, достоверности исходных данных официальной статистической отчетности. Впрочем, это характерно не только для розничной торговли, но и для других отраслей российской экономики: отчетные финансовые показатели нередко довольно далеки от реальности, прежде всего вследствие действия трех факторов.

Первый фактор — недооценка основных фондов в народном хозяйстве, связанная с тем, что их балансовая стоимость заметно отстает от восстановительной стоимости. Это систематическое отставание приводит к занижению амортизационных отчислений, искажает уровень затрат и часто искусственно завышает величину исчисляемой прибыли.

Второй фактор, влияющий на достоверность данных, — теневая деятельность, масштабы которой в торговле весьма значительны. Такого рода деятельность связана с получением неучтенных доходов, что существенно искажает разрабатываемую Федеральной службой государственной статистики и ее органами в субъектах РФ (далее — Росстат) систему отчетных финансово-экономических показателей деятельности розничной торговли.

Третий фактор — объективная сложность социально-экономических процессов, происходящих в торговле, — быстро растущей отрасли экономики, притягательной для каждого участника все более активно проявляющего себя предпринимательского класса. Это относится также к теневой и криминальной сферам «торговой отрасли» — крупномасштабным секторам российской трансформационной экономики. В них также прослеживается постепенный переход от нравов и понятий «дикого капитализма» к определенному уровню понимания необходимости цивилизованного предпринимательства, т.е. его ведения на современной институциональной основе. Иными словами, происходит трудный, нередко противоречивый и чреватый огромными издержками, процесс становления зрелых рыночных отношений.

Сложности изучения и управления социально-экономическими процессами приводят к недостаточной разработанности совокупности теоретических, методологических и измерительных проблем в той объективно существующей социально-экономической среде, в которой находится наша страна в транзитивный период. Конечно, Росстат предпринимает немалые усилия для приведения отечественной статистики в соответствие с новыми реалиями. Наши специалисты все шире участвуют в работе представительных групп экспертов из национальных и международных статистических организаций, которые разрабатывают возможные подходы к измерению так называемой «ненаблюдаемой» экономики.

В настоящее время уже созданы концептуальные основы измерения явлений прямо ненаблюдаемой экономики, стратегия углубления ее познания, границы рассматриваемой сферы. При этом в состав теневого производства включаются (и уже частично учитываются): - теневое производство, которое непосредственно не может быть измерено стандартными статистическими методами;

уклонение от уплаты налогов;

челночная торговля;

покупки физическими лицами на приграничных территориях;

бартерная торговля;

утечка инвестиционных ресурсов.

Тем не менее ныне в результате действия всех вышеперечисленных факторов данные официальной статистической отчетности и альтернативных оценок показателей финансовой деятельности розничной торговли все еще весьма существенно различаются (табл. 1).

Минимальное различие наблюдается по общему объему товарооборота, который занижен (по мнению новосибирских авторов Г.И. Ханина и ДА. Фомина — см. гр. 4 табл. 2) в официальной статистике примерно на 19%. Весьма значительные расхождения в оценке основного и оборотного капиталов (соответственно в 8,8 и 4,7 раза) обусловлены накопившимся расхождением, прежде всего между балансовой и восстановительной стоимостью основных фондов. Следует отметить, что это — общая для всех отраслей российской экономики проблема, трудности решения которой усугубились из-за отмены семь лет назад обязательных ежегодных переоценок основных фондов.

В результате действия рассматриваемого фактора величина налога на имущество занижается во много раз, а рентабельность активов неправомерно завышается. Впрочем, в сфере розничной торговли действительная величина прибыли так - же многократно занижена (по оценкам тех же авторов, примерно в 12 раз). В итоге реальная рентабельность активов в рассматриваемой отрасли, согласно альтернативной оценке, оказывается в 4,4 раза выше, чем в целом по экономике, а потому розничная торговля безапелляционно относится этими аналитиками к наиболее высокорентабельным отраслям.

Программа Финансовый анализ - ФинЭкАнализ 2017 для расчета рентабельности активов и большого количества финансово-экономических коэффициентов.

Вместе с тем представляется довольно односторонней аргументация новосибирских авторов относительно объяснения причин повышенной рентабельности розничной торговли, которую они к тому же необоснованно завышают — нередко на порядок и больше. Этими авторами, в частности, отмечаются:

1) неспособность налоговых органов собрать в полном объеме налоги с предприятий розничной торговли;

2) заниженность цен на электроэнергию и тепло;

3) гипертрофия личного потребления населения в ущерб накоплению и общественному потреблению;

4) чрезмерная дифференциация доходов россиян, при которой наши богатые соотечественники (Vip-класс), не контролирующие своих расходов, создают благоприятные возможности для их вздувания в сфере розничной торговли.

О первом аргумента надо заметить следующее: после дела «ЮКОСА», отчетливо показавшего реальную возможность многолетнего безнаказанного уклонения от налогов в размере десятков миллиардов долларов, тезис о том, что, якобы, государству гораздо проще собрать налоги с крупных плательщиков, чем добиться того же самого, повседневно имея дело с сотнями тысяч малых и средних предприятий розничной торговли, звучит крайне неубедительно.

Довод о заниженности внутренних цен на электроэнергию и топливо также не выдерживает серьезной критики, поскольку в не меньшей степени в нашей стране занижен (по сравнению с другими промышленно развитыми странами) уровень заработной платы, цены на сырье, основные и вспомогательные материалы, а также амортизация. Кроме того, расчеты показывают, что за последние четыре года рост цен отечественных производителей на электроэнергию составил 265,5%, тогда как на газ — 237,8%, на сырую нефть — 182,8%, а в целом на продукцию промышленности — 192,9% . Рост же цен производителей на выплавляемую сталь, при производстве которой потребляется значительное количество электроэнергии, равнялся 166,2% (прирост цен на электроэнергию за последние четыре года оказался в 2,5 раза выше, чем прирост цен на сталь).

Третий аргумент — о, якобы, гипертрофии личного потребления населения в ущерб накоплению и общественному потреблению, — на наш взгляд, не имеет ничего общего с действительностью. Выполненные нами на основе официальных статистических данных расчеты соотношения душевого производства валового внутреннего продукта (ВВП) показывают, что душевой ВВП России отстает от аналогичного показателя США в 4,5 раза (по паритету покупательной способности)5. Среднемесячная же номинальная заработная плата наемных работников в США составляет примерно 2 400 дол., а в нашей стране - 390 дол., т.е. в 6,2 раза меньше.6 Таким образом, гипертрофировано личное потребление американцев, так как его доля в ВВП выше, чем у россиян, в 1,4 раза.

Наконец, четвертая причина (чрезмерная дифференциация доходов жителей России, в результате которой богатые граждане, якобы, вообще не контролируют своих расходов) также представляется в достаточной степени надуманной. Прежде всего, Vip-класс в нашей отечестве, по имеющимся расчетам, не достигает даже одного процента всего населения, а потому не может оказывать решающего воздействия на общую рентабельность всей системы розничной торговли.

Кроме того, миф о российских богачах, которые «ошалели от неожиданно свалившихся на них денег и зачастую не контролируют своих расходов», является не более чем обывательским мифом. Ведь именно благодаря жесткой расчетливости и целеустремленной погоне за богатством и сформировался современный российский Vip-класс, который отнюдь не собирается уступать, кому бы то ни было завоеванные позиции либо откровенно деградировать (посредством роста паразитического сверхпотребления).

Характеризуя главные особенности развития системы розничной торговли в период радикальных общественных преобразований в нашей стране, сторонники разных точек зрения сходятся, по крайней мере, в одном: в этой сфере пока не было серьезного внутреннего кризиса, подобного тому, который происходил (и частично продолжается) в машиностроении, легкой промышленности, военно-промышленном комплексе и даже в такой в целом динамично развивающейся институциональной структуре, как финансово-кредитная система России.

Резко расходятся у разных авторов лишь содержательные трактовки этой ситуации. Ряд ученых и специалистов считают ускоренное развитие торговли благом для страны и для дальнейших судеб рыночных преобразований. Другие же полагают, что гипертрофированная рентабельность розничной торговли крайне неблагоприятно сказывается на состоянии экономики страны. Она отвлекает инвестиционные и финансовые ресурсы, а также скудеющие трудовые ресурсы от других, ничуть не менее важных сфер национального хозяйства. Последние, особенно в реальном секторе, при нынешнем состоянии рыночных отношений являются лорентабельными/убыточными, хотя их продукция нужна населению и общественному производству, и в других условиях они могли бы стать конкурентоспособными и высокоэффективными, т.е. платой за высокую рентабельность отечественной розничной торговли стала деградация всей экономики.

Что же дает основание новосибирским авторам для столь негативной оценки современной роли розничной торговли в трансформационной экономике России? «Корень зла» они видят в образовании огромных теневых доходов и в их торгово-бюрократическом и криминальном перераспределении. При этом в качестве основных направлений неформального перераспределения постоянно воспроизводимых доходов ими выделяются следующие:

Таблица Абсолютные объемы и структура распределения теневой прибыли в розничной торговле России

Направления распределения прибыли В млрд. руб. В % к итогу
1. Скрытая оплата труда 131 20,8
2. Доходы собственников 76 12.1
3. Коррупционные выплаты 133 21,1
4. Плата организованной преступности и хищения менеджеров 234 37,2
5. Инвестиции в отрасль 55 8,8
Итого 629 100,0

В результате выполненных теми же авторами расчетов и разного рода оценок были получены следующие объемы, и соотношения в распределении теневой прибыли сферы розничной торговли страны (табл. 2).

Не подвергая каким-либо сомнениям сам факт наличия в розничной торговле скрытых доходов, нельзя не усомниться в масштабности результатов, полученных авторами: ведь рассчитанные ими объемы теневой торговой прибыли достигают 55,1 % общего сальдированного результата финансовой деятельности организаций всех отраслей национальной экономики, а теневая торговая прибыль в 3,1 раза превышает прибыль, показываемую в отчетности торговых организаций нашей страны10.

Очевидно, целесообразно более критично рассмотреть методику расчетов, использованную цитируемыми авторами в исследовании, которое выполнено при финансовой поддержке РГНФ, грант №04-02 00312а.

При оценке объемов скрытой оплаты труда ими применялись два способа, основанные на различных информационных источниках: анкетирование руководителей торговых организаций и служащих региональных администраций, в ведении которых находятся вопросы торговли (опрос проводился сотрудниками Центра экономической конъюнктуры при Правительстве РФ), и на основании данных бюджетной статистики, в которой частично отражается скрытая оплата труда. Полученные разными способами данные усреднялись.

Однако достоверность информации при всех применяемых способах невелика. Так, руководители торговых организаций кровно заинтересованы в сокрытии информации о «зарплате в конвертах», которую они сами же и выдают своим сотрудникам. Служащие региональных администраций, в ведении которых находятся вопросы торговли, вполне вероятно, не столь заинтересованы в сокрытии такого рода информации (хотя и они склонны к «ретушированию тени»). Данные бюджетной статистики также страдают определенной неполнотой — семьи, имеющие значительную долю теневых доходов, «позаботятся» о том, чтобы не показать ни этих доходов, ни полной величины семейных расходов.

Так почему же все эти Группы данных, характеризующихся различной степенью неполноты, усредняются? Ведь никем не доказано, что такие оценки имеют противоположные знаки и, якобы, взаимоуравновешиваются. Произвольно установленной и явно завышенной представляется также доля торговли в скрытой оплате труда, которая принята новосибирскими авторами в размере 53 % от аналогичной-оплаты в целом по народному хозяйству11 Известно, что в торговле работает только 15,4 % всех занятых в экономике нашей страны, и скрытая оплата труда в рассматриваемой отрасли не может превышать подобного показателя в других отраслях экономики в 6,2 раза.

Доходы собственников исчислялись в рассматриваемом исследовании путем опроса руководителей магазинов г. Новосибирска. Было установлено (внятно, не сказано, каким именно способом — вероятнее всего, анонимным опросом владельцев), что доход собственника магазина площадью 500 м2 в месяц составляет около 1 750 дол. Это соотношение распространялось на торговую площадь всей розничной торговли страны. Но, во-первых, указанный самими собственниками уровень их доходов, безусловно, занижен, т.к. экстраполируя базовый доход, полученный методом самооценки, на небольшие магазины торговой площадью 50 м2 и менее, можно сделать явно не отвечающий действительности вывод о том, что доход их владельцев существенно ниже средней заработной платы наемного персонала. Во-вторых, третий по численности населения город России, расположенный в малонаселенной Сибири, недостаточно репрезентативен для выводов и обобщений по стране в целом.

Коррупционные выплаты оценивались новосибирскими авторами на основе данных социологических исследований, выполненных фондом «Индем» в 1999-2001 гг.12 Однако при ближайшем рассмотрении можно убедиться в том, что собранная специалистами фонда информация социально -психологического характера (безусловно, ценная сама по себе) все же в гораздо большей степени относится к предыдущему «ельцинскому» периоду отечественной истории, поскольку современный «путинский» период во время проведения исследования только начался13. Кроме того, одних только данных социологических опросов все же недостаточно для определения масштабов коррупционных выплат: необходимо привлечение информации из системы правоохранительных органов и судебной системы (простые граждане и предприниматели уж никак не могут быть единственными экспертами по экономико-статистическим измерениям).

Для исчисления объемов платы организованной преступности и хищений менеджеров новосибирские авторы сфокусировали свое внимание на первой части рассматриваемых выплат. За основу расчетов ими были взяты результаты разоблачения правоохранительными органами деятельности преступной группировки, контролирующей Измайловский рынок столицы. Эти данные были распространены на розничную торговлю страны в целом. Признавая, что полученная величина является, скорее всего, завышенной (поскольку московские и среднероссийские условия деятельности организованной преступности весьма различаются), авторы, тем не менее, используют для дальнейших выводов именно данные, полученные нерепрезентативным способом.

Инвестиции в отрасль определены в рассматриваемом исследовании по остаточному принципу, т.е. путем вычитания из общей величины теневой прибыли розничной торговли всех выделенных выше составных элементов этой прибыли. Между тем осуществляемые отраслью инвестиции в основной капитал материализуются в зданиях, сооружениях, передаточных устройствах, технологическом оборудовании, компьютерной технике, транспортных средствах и других элементах основных средств торговых предприятий. Поэтому они относятся к явлениям наблюдаемой и измеряемой экономики, т.е. могут быть учтены стандартными бухгалтерскими методами. Источники же происхождения инвестиционных средств в данном конкретном случае ничего не меняют в измерительном процессе.

Тот факт, что ученые и специалисты, не вполне удовлетворенные официальными оценками финансово-экономических процессов, происходящих в различных сферах деятельности, ищут альтернативных источников и возможностей более адекватно отражающих ситуацию оценок, представляет собой, в общем-то, нормальное явление.Собственно, в проведении такого рода поиска и заключается познавательная (а также прикладная) функция экономической науки. Вопрос заключается только в том, найдено ли учеными и специалистами действительно такое альтернативное решение, которое лучше ранее известных решений.

К сожалению, результаты рассматриваемого исследования уводят потенциальных его пользователей в сторону, диаметрально противоположную реальной ситуации в сфере финансовых результатов розничной торговли и действительных перспектив ее развития. Такой подход при оценке финансовых результатов деятельности организаций розничной торговли может быть назван реверсивным подходом14. Он представляет собой отход от прямых стоимостных оценок финансового состояния организаций (отрасли в целом) и замену его нерепрезентативными данными социологических опросов, носящих субъективный характер и иногда граничащих с домыслами.

Например, опираясь на тот факт, что за 1991-2001 гг. объем розничного товарооборота увеличился только на 6%, тогда как созданная материально-техническая база отрасли (по оценкам новосибирских авторов) превышает исходный уровень на 95%, новосибирские авторы делают следующий вывод: «отрасль эксплуатирует ресурсы, которые явно избыточны в сравнении с ее товарооборотом. В последующие после 2001-го годы ситуация... еще в большей степени ухудшилась... очевидно, что накопленные воспроизводственные диспропорции скажутся на финансовом состоянии отрасли, уровне рентабельности и объемах инвестиций»'5. Более того, авторами прогнозируется неизбежность кризиса розничной торговли страны, который отразится также самым негативным образом на других отраслях национальной экономики.

Наши же расчеты показывают, что здесь адекватным действительности является только показанный Г.И.Ханиным и Д.А. Фоминым (со ссылками на данные Росстата) темп прироста общего объема розничного товарооборота за 1991-2001 гг. Кстати, этот темп отнюдь не свидетельствует о стагнации, а тем более о приближающемся кризисе в розничной торговле. Ведь в промышленности, которая и сейчас остается ведущей отраслью национальной экономики (и в которой продолжается подъем и отнюдь не прогнозируется спад), объем производства в 2001 г. был, тем не менее, на 40% ниже, чем в 1990 г. и даже к середине 2005 г. он оставался ниже докризисного уровня на 27%.

Между тем с 2000 г. до середины 2005 г. общий объем розничного товарооборота нашей страны увеличился практически на 78% и продолжает неудержимо расти. Удельный вес торговли в общей сумме прибыли по национальной экономике составила в первом полугодии текущего года 17,8% (что выше доли отрасли в общей численности занятых в национальной экономике), тогда как удельный вес торговли в общей сумме убытка по стране равнялся только б%. Наконец, удельный вес прибыльных организаций торговли в их общем числе по отрасли достигает в настоящее время 68,8% по сравнению с 59,4% в целом по экономике России. И последнее: за первое полугодие 2005 г. сфера торговли обеспечила получение 47 млрд. дол. прибыли, что на 40% превышает объем прибыли отрасли за соответствующий период прошлого года.

О какой же «неизбежности» финансового кризиса розничной торговли нашей страны можно вести речь в этих условиях? Какие ее ресурсы «явно избыточны» в сравнении с товарооборотом? Жестокий кризис в сфере розничной торговли может произойти только в том случае, если последовать рекомендациям новосибирских авторов и установить уровень налогообложения этой сферы в несколько раз выше, чем в среднем по сфере товаров и коммерческих услуг в настоящее время.

Отечественной истории известен, по меньшей мере, один фактически реализованный экономический эксперимент подобного рода: насильственное перераспределение государством накоплений между сельским хозяйством и промышленностью в конце 1920-х-начале 1930-х гг., т.е. в период проведения форсированной социалистической индустриализации народного хозяйства. В результате его практического осуществления аграрный сектор российской экономики уже более 70 лет находится в плачевном состоянии, для преодоления которого в настоящее время разработан и начал осуществляться национальный проект «Сельское хозяйство», который финансируется из дополнительных доходов от увеличения добычи и экспорта нефти, газа, черных и цветных металлов.

На реализацию вышеуказанного и трех других социальных проектов только в федеральном бюджете 2006 г. уже выделено 134,5 млрд. руб. (а с учетом государственных гарантий — 161 млрд. руб.). Предлагаемые же новосибирскими авторами крупномасштабное изъятие финансовых средств из сферы розничной торговли и передача их на нужды преодоления кризиса в промышленности и сельском хозяйстве нашей страны являются абсолютно нереальными, так как виртуальные 629 млрд. руб. теневых доходов розничной торговли никогда не будут изъяты (они попросту отсутствуют в отрасли). А усилия налоговых, правоохранительных и судебных органов в поисках «черной кошки в темной комнате» реально могут привести лишь к развалу торгового предпринимательства и к ситуации, подобной той, что складывалась в отечественном сельском хозяйстве в прошедшие десятилетия.

Надо также заметить, что тезис о, якобы, «тормозящей», чуть ли не «паразитической», роли торговли в переходный период (такого рода трактовки без должных на то оснований, к сожалению, распространены среди части ученых и специалистов), представляются не более чем интеллектуальным заблуждением части ученых и специалистов. В действительности же, именно торговля, как никакая другая отрасль, внесла и продолжает вносить большой позитивный вклад в рыночные и общественные преобразования в российском обществе:

во-первых, уже в начальный период перестройки всей системы общественных отношений в нашей стране именно «у прилавка» выявилось вопиющее несоответствие между быстро растущим платежеспособным спросом населения и весьма ограниченными возможностями реального сектора экономики, т.е. сферы производства потребительских товаров и сферы торговли, в удовлетворении этого спроса на прежней институционально-экономической основе или путем частичной ее модернизации. Именно это позволило перейтик более решительным действиям по проведению рыночных реформ, ускорить их ход;

во-вторых, на старте рыночных реформ на постсоветском пространстве, когда умеренно консервативные реформаторы пытались навязать нашей стране чрезвычайно замедленный темп половинчатых преобразований, успешное и практически безболезненное проведение «малой приватизации» в розничной торговле проложило дорогу «большой приватизации» в промышленности, строительстве, на транспорте;

в-третьих, довольно успешное развитие системы розничной торговли в переходный период — в целом достаточно сбалансированное с ростом денежных доходов самых различных групп населения — и в последующие годы позволило торговле внести достойный вклад в продолжение экономических реформ;

в-четвертых, успешное функционирование розничной торговли обеспечивает укрепление институциональных основ рыночной экономики страны, поскольку в рассматриваемой отрасли развитие современных форм предпринимательства, свободной конкуренции, финансово-кредитных механизмов происходит опережающими темпами и в целом все более цивилизованными способами;

в-пятых, имеется достаточно оснований рассчитывать на то, что и в будущем розничная торговля, уверенно вошедшая в число пяти базовых отраслей национальной экономики (наряду с промышленностью, строительством, сельским хозяйством и грузовым транс- ' портом), сохранит и укрепит свои передовые позиции, будет всемерно способствовать экономическому и социальному прогрессу в нашем обществе.

Что касается противопоставления частью ученых реверсивного подхода существующему статистическому подходу, то оно во многом представляется искусственным.

«Традиционный» статистический подход базируется преимущественно на фиксировании всех хозяйственных операций в первичных документах, на счетах аналитического и синтетического учета, отражении оборота хозяйственных средств, их источников, направлений расходования и финансовых результатов в отчетности организации. Его необходимо постоянно совершенствовать, повышая полноту, точность и достоверность отражения всех фактов хозяйственной жизни (например, путем адаптации отечественной системы бухгалтерского учета к требованиям международных стандартов).

Развитие же практики измерения ненаблюдаемых явлений (а теневой и криминальный секторы розничной торговли, безусловно, относятся к этому классу явлений) методами экономических и социально-психологических измерений, использование возможностей анкетирования, углубленного интервьюирования, психологического тестирования, коллективных экспертных оценок требуют очень высокого методологического и методического уровня знаний, понимания и владения этими методами.

Так, научно обоснованное применение методов экспертных оценок в настоящее время складывается из последовательного выполнения совокупности следующих процедур:

во-первых, формирование представительной группы отобранных по формальным критериям хороших специалистов («кандидатов в эксперты»), их тестирование и выявление действительно наиболее компетентных экспертов;

во-вторых, проведение многоступенчатого опроса компетентных экспертов (с целью постепенного сближения их точек зрения по затронутым вопросам);

в-третьих, применение специальных методов статистической обработки полученных ответов для отсеивания наиболее отклоняющихся вариантов.

Таким образом, изначально «субъективные» оценки отдельных экспертов благодаря использованию современных методов проведения коллективной экспертизы и статистической обработки ее результатов трансформируются в индивидуальные оценки отдельных экспертов в объективное знание об изучаемом предмете — знание, которое нельзя получить иным способом. Использование постоянно модернизируемых методов «традиционного» статистического и бухгалтерского учета и анализа в сочетании с научно обоснованным применением методов измерения ненаблюдаемых явлений позволит выполнять все более адекватную оценку финансовых результатов деятельности розничной торговли. Это, в свою очередь, будет способствовать повышению качества принимаемых и реализуемых управленческих решений в сфере финансового менеджмента.

Обратная связь
Реклама
Рейтинг@Mail.ru